Отказ на миллион

Фото: Николай Адамович/Фотохроника ТАСС

Как Фаддеев с Эйнштейном разминулись

В среду страна попрощается с выдающимся ученым Людвигом Дмитриевичем Фаддеевым. Он был в науке личностью по-своему уникальной.

Дело даже не в том, что он один из самых цитируемых российских ученых, возглавлял Международный математический союз, был лауреатом многих отечественных и зарубежных премий, членом многих академий. А вот то, что при жизни Фаддеева в его честь по инициативе Американского и Европейского физических обществ учреждена медаль, событие неординарное. Единственная подобная награда была учреждена в честь выдающего физика Макса Планка, когда он был жив.

Было в научной биографии Фаддеева еще одно удивительное событие. Его не избрали в члены-корреспонденты, зато через несколько лет сразу выбрали в академики. Почему? Дело в том, что в те годы среди традиционных математиков он считался «белой вороной», так как занимался новым научным направлением — математической физикой. Все изменилось, когда за одну из работ он получил престижную награду Американского физического общества — Хайнемановскую премию. Это произвело такое впечатление на академиков, что они пошли против своих, казалось бы, незыблемых правил.

Ученый любил повторять: математика — это прежде всего красота. «Хочется, чтобы она была понятна многим людям, и очень сожалею, что не могу поделиться с ними этим эстетическим наслаждением», — говорил он. Ученый подчеркивал, что он не чистый физики и не чистый математик. Он матфизик. Почти весь XX век царствовали физики. Сколько великих имен: Эйнштейн, Шредингер, Планк, Бор, Ландау и т.д. Но затем ситуация стала меняться. И оказалось, что вроде бы сугубо математические «штучки» — это не просто игра ума, они открывают «белые пятна» в знаниях о мироздании, куда не сумела заглянуть чистая физика. Так родилась математическая физика, а Людвиг Фаддеев оказался одним из ее «отцов» основателей.

Он получил всемирную известность, решив совместно с Виктором Поповым математические проблемы в теории Янга — Миллса, которые стали основой знаменитой теории суперструн. В связи с этой работой даже появился термин «духи Фаддеева — Попова», который вошел во все учебники теоретической физики.

— Вы не представляете, какие потери мы понесли в 90-е годы, — говорил ученый корреспонденту «РГ». — К концу 80-х годов в нашем институте собрался такой коллектив, которого, я думаю, не было нигде в мире. На 110 сотрудников — 70 докторов наук. Так вот 40 из них уехали, а 15 моих учеников сейчас профессора лучших научных центров Европы и Америки. Этот показывает уровень нашей науки.

Он не был избран членом-корреспондентом, а потом его сразу выбрали в академики

Фаддеева много раз звали остаться в западных университетах, в том числе и в знаменитом Принстоне, где многие годы работал Эйнштейн, предлагали возглавить Институт имени Эйнштейна в Нью-Йорке. Отказывался. Говорил, что родился в России и хочет работать в своей стране.

Он гордился своей родословной. Его предки выбились из крестьян в купцы. Отец преподавал математику в университете, был членом-корреспондентом АН СССР. Мать, тоже математик, участвовала в атомном проекте. «Отец был выдающимся человеком, — вспоминал Фаддеев. — После школы поступил в консерваторию, долгое время учился одновременно в двух вузах, не мог выбрать, что больше нравится. Я тоже на рояле играю, но гораздо хуже отца». Возможно, в том числе и эти корни держали его в России, не позволяли откликаться на щедрые посулы.

Комментарий

Виктор Маслов, академик:

Питерцы прекрасно понимали, какого уровня ученый живет в их городе. Его даже любовно называли Людовик. Мы дружили многие годы. С первой его работы я сразу понял, какой это огромный талант. Особенно поражала его логика. Когда известный американский математик Дайсон прочитал его первую работу по теории рассеивания, только развел руками, ну мне здесь делать нечего.

А еще он умел разглядеть идею, когда ее перспектива абсолютно туманна. Можно потратить много лет и сил на ее решение и потерпеть поражение. Признак действительно крупного ученого — умение разглядеть такой скрытый бриллиант. Его много раз пытались сманить в лучшие университеты мира, но даже миллион долларов не смог поколебать твердое решение ученого работать только в России. А вообще он был настоящим русским человеком. Символично, что умер в дни широкой масленицы.

Сергей Кисляков, академик, директор Санкт-Петербургского отделения Математического института им. Стеклова:

Фаддеев прежде всего был первооткрывателем. Это проявилось уже с его первой крупной работы — «Задаче трех тел». Он показал путь решения и… ушел в другие темы. А сюда, говоря образно, ринулась «толпа золотоискателей». Большинство ученых, попав в «золотую жилу», до конца жизни ее разрабатывают. А ему это было неинтересно. Он постоянно искал и находил новые.

Считается, что математика — наука молодых. Многие ученые самые яркие исследования сделали в возрасте максимум до 40 лет. Фаддеев до конца жизни работал на мировом уровне. Во времена его директорства институт сильно расцвел, сюда пришло много талантливой молодежи. О таком учителе можно только мечтать. Рядом с вами не только выдающийся ученый, но и, не побоюсь высоких слов, настоящий человек. Независимый, справедливый, очень тактичный, остроумный, душевный, внимательный. Не случайно многие его ученики стали учеными мирового уровня.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *